• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
23:13 

Вот так иногда случается

У тебя плохо...не важно что но как то плохо. Все плохо.Надо лечить.
И знаешь, в принципе, чем лечить, но лекарство далеко (не доступно) и у тебя есть два варианта - ли пропит курс аналога, что плохо может сказаться на тебе, либо ждать этот препарат волшебный, занимаясь физио процедурами и поддерживающей трудо-терапией.

И вот ты плачешь так, плачешь... очень выбирать тяжело,потом машешь рукой - потерплю. везите лекарство.
И уже кажется выздоровела...

08:27 

Последнее время все чаще как то так...


18:44 

уходящим...

Милая девочка, я не вашего сорта,
Не идеал, вы придумали это сами,
Я подыграл – теперь убирайтесь к чёрту!
Ну, а на крайний случай – к друзьям.
С вещами.

Милая девочка, вы прочитали в книжке
Не обо мне, а о прекрасном принце,
Чтобы явиться вам ангелом свыше,
Нужно, по крайней мере, – переродиться.

Милая девочка, вы не одна такая,
Эти слова – стандартный набор для многих.
Дайте пощёчину, плачьте и упрекайте,
Только прошу, скорей уносите ноги.

Милая, славная, ваши горькие слёзы
Слаще вина на мою тщеславную душу.
Я не поверю, я не привык серьёзно,
Лишь посмеюсь, а кто-то другой осушит.

Милая... вы не ищите мне оправданий,
Лучше остатки гордости сберегите.
Вы мне продали сердце... за обещание.
Я не верну его.
...А теперь уходите.

23:22 

Умка (с)

Что ни день - такая скука
Что ни друг - такая сука
Что ни женщина - то блядь
Я хочу тебя обнять
Но ты уходишь

На бульварчике с гитарой
Я кажусь ужасно старой
Мне всего лишь двадцать пять
Я хочу тебя обнять
Но ты уходишь

Дождик радиоактивный
Каплет мелкий и противный,
Буду от него линять*
Мне всего лишь двадцать пять
Но ты уходишь.

Не уехать никуда мне
Те же люди, те же камни
Чтоб не сдохнуть от тоски
Я вяжу тебе носки
Но ты уходишь

Как ужасно я устала
Эта жизнь меня достала
Мне всего лишь двадцать пять
Я хочу тебя обнять
Но ты уходишь

-----------------
*ранняя версия 3-го куплета:
Хайр вылазит от него
Но не поделать ничего,

22:02 

Хрясь...

Недавно с моей сестройсели считать эих самых... Да, вот ХХ лет нам в обед, решили подсчитать. Пришлось местами напрягаться, жизнь-то длинная. Иногда с криками: "Постой! Одного забыла... Ну, в поезде...", перебивали друг друга громким ржанием. Итог? Уж я то думала, что ого-го! А Анька мою цифру втрое переплюнула. Вот тут я и села, открымши рот. Потому что для неё мужики были - просто секс. Или от нечего делать. А для меня, как я понимаю, всегда и только - персонажи. Я с ними не встречалась-трахалась-любила. Я их препарировала. Они думали, что имеют меня, а то, как выяснилось, я их наркотизировала. Пока они под эндорфиновым кайфом, я их - хрясь-хрясь-интраоперационная биопсия-гематоксилин-эозин-микроскоп. Бедные... Как это нехорошо!

22:59 

Тридцатишестилетний Адам Леннард (Adam Lennard) из Ричмонда разговаривает во сне. Это бывает со многими, но Адам —особенный. Во-первых, у него есть талант говорить короткими, но очень интересными фразами, каждая из которых — маленькое произведение искусства.Во-вторых, у него есть любящая жена, которая старательно записывает изречения мужа и выкладывает их в блоге.

* Не оставляйте утку там. Это же совершенно безответственно. Посадите ее на качели, пусть порадуется.
* Мне нравится, что ты лось. Да. Такой пушистый-пушистый.
* Ты не можешь быть пиратом, если у тебя нет бороды. Я так сказал. Мой корабль — мои правила.
* Ты милая. Милая-милая-милая-милая. А теперь иди отсюда и будь милой где-нибудь в другом месте. Мне надоело.
* Не надо. Не сажайте лапшу и пельмени в одну лодку. Они будут драться. Лапша хулиганит. Бедные пельмени.
* Я не могу справиться с котятами. Слишком много усов! Слишком много усов!
* Цок-цок, цок-цок. Сделайте так, чтобы копыта не стучали! Кто привел лошадь в спальню? А-а-а... Похоже, я сплю в сарае.
* Тсссссс! Тсссссс! Говорю тебе: твой голос, мои уши. Плохая комбинация.
* Я хочу быть ковбоем. Я не хочу быть пандой.Панды глупые и скучные. Плохая панда!
* Пингвины-вампиры? Гвинейские свиньи-зомби? Нам конец... Нам конец...
* С каких это пор мое нижнее белье тебе идет?Сними его! Сними его с лица!
* Я не хочу умирать! Я люблю секс. И пушистых животных.
* Я не прибавил в весе, это твои глаза жирные.
* Я за-ме-ча-тель-ный. Попробуй с этим справиться,говнюк!
* Твоя мама снова в дверях. Похорони меня. Закопай меня глубоко...
* Пожалуйста, проходите мимо, иначе я должен буду стоять здесь и говорить что-то настолько захватывающее, что мне придется помнить это весь остаток дня, а я этого не хочу. Спасибо!
* А теперь отвали и дай мне погреться в лучах счастья быть мной.
* Я не могу верить в Бога, когда я ТАКОЙ хороший!
* Дай-ка я тебя обниму. Почувствуй, как я сдавливаю твое жалкое тельце. Блаженство. Чудесно.
* Когда забиваешь на работу, дела идут на лад.
* Я бы предпочел ободрать с себя кожу и искупаться в уксусе, чем общаться с тобой. Но это просто мое мнение. Не принимай близко к сердцу.
* Чечевица — зло. Абсолютное, вонючее зло. Уберите ее от меня.
* Когда щекочете бобра, будьте осторожны.
* Пушистый зайка + любопытный нос + большие уши =супер-смесь.
* У меня ужасные, ужасные, ужасные предчувствия насчет заварного пирога. Ужасные.
* Я весь синий в жирную крапинку. И я горжусь этим.
* Знаешь, ты вовсе не какой-нибудь там прекрасный цветок. Да даже если бы и был, я бы стал травой и вырос бы рядом, чтобы ЗАДУШИТЬ ТЕБЯ НАХРЕН!.. Люблю тебя!
* Не ешь желе! Не ешь желе! Я из лягушечки его сделал. У тебя зубы позеленеют... будут как маленькие яблоки.
* Роботы делают сладости? Но у них же не будет вкуса, чуваки! Ути железные умницы.
* Тааак много ложек. А тебе — ни одной не достанется. Пшел отсюда!
* У меня есть бобер, собака, кошка и мешок.Теперь, когда у меня это есть, ты — иди нахер. Всё мое.
* (нараспев) Надо бы тебя-яя лицом об сте-ену...
*Я тебя люблю! Нет я не говорил этого не говорил не говорил не говорил. Я просто кашлянул... Дааа-дааа,кашлянул.
*Да, влюбиться — это прекрасно. Особенно, если в меня.
*Куклы Барби. Я должен использовать куклы Барби.Они столь недооценены!
*Чайные пакетики? Лучше будьте осторожны с чайными пакетиками. Они — нежные существа. Обращайтесь с ними с заботой.
*Мои барсуки устроят ад в твоей заднице.Барсукорастия!
*Эй, не говори ничего.Почему бы тебе не написать это в e-mail, тогда я с радостью это проигнорирую.
*Картофельные сумки. Я не могу найти свои картофельные сумки. Они нужны мне! Кто взял мои картофельные сумки?Эх, черт с ними. Придется использовать что-то еще.
*Нет, только не кошки. Не верь им. Их глаза. Их глаза. Они знают слишком много.
*Конечно,зомби любила меня. Она отдала мне свое сердце. М-м-х-х-м-м. И свою руку после замужества.
*Верни мне назад мои руки! Похититель конечностей. У тебя все руки в пальцах

21:53 

Секреты бизнеса от Евгения Касперского:

теория правильного поведения, «кролик под елкой». Есть 2 варианта поведения: первый – это сидеть под елкой кролику или быстро бегать. Так вот, если ты сидишь под елкой, у тебя есть только один вариант, тебя кто-нибудь найдет и трахнет. Если же ты бегаешь быстро, у тебя есть 2 варианта: либо тебя кто-то догонит более быстрый и трахнет, либо ты найдешь того, кто сидит под елкой.

20:37 

Вместо того, чтобы смотреть дома телик, спать, гулять, ходить в гости, поехать в отпуск, я должна сидеть за компом, пытаясь обратить в текст невнятный комок мыслей, матерный наполовину

00:34 

Из ЖЖ

Вы живёте в Нижнем Новгороде если:
Знаете, что Горе-море не такое уж и печальное, а скорее даже наоборот, особенно летом. А Северный - это не поселок жителей севера, а ебеня.. просто ебеня...

Знаешь, что площадь Ленина совсем не в Ленинсокм районе, также как и Московский вокзал не в Московском, а Сормовский поворот не в Сормовском…

Ты до сих пор не знаешь, где ставить ударение в слове Театро

Знаете, что в нашем городе есть своя «республика» и свой отдельный город, под названием Автозавод, гербом которого служит гопник в кепке и семечками, а гимном песня «Южка, северный, 52, 35»

Понимаете, что «Я на стрелке»- в ответ на вопрос «ты где?» вовсе не означает, что ты на разборках

Знаешь, что в нашем метро невозможно заблудиться, а по метро-мосту, метро ни разу и не ездило.
Ты знаешь, какой жест показывает памятник Чкалова, если на него посмотреть с 3 ступеньки справа

Знаешь, что в Медвежьей долине нет медведей, а в Подсолнухах вряд ли найдёшь хотя бы один подсолнух

Только в нашем городе ты специально влезешь в битком набитый социальный автобус, держась на одной руке, и стоя в позах, которые не описаны даже в Камасутре
только ради того, чтобы посидеть бесплатно в интернете через халявный Wi-Fi

Только в нашем городе гигантскими буквами из клумбочек с прекрасными цветами может быть выложено название пива ОКСКОЕ

Для тебя выражение «Июльские дни» ассоциируется не с летними беззаботными деньками, а скорее со словом «Ляхово»

Ты уже обязательно сфоткался с памятником "какого-то мужика на Покровке" и подставил грудь под его руку, чтобы получилось будто он примацнул тебя за грудь.

20:29 

Личное


08:39 

Совет себе.

Не тратьте жизнь на тех, кто Вас не ценит,
На тех, кто Вас не любит и не ждет,
На тех, кто без сомнений Вам изменит,
Кто вдруг пойдет на "новый поворот".
На тех, кто извинившись, вновь обидит,
Кто видит жизнь с обратной стороны.
Не тратьте сил на тех, кто Вам не нужен,
На пыль в глаза и благородный понт,
На тех, кто дикой ревностью простужен,
На тех, кто без ума в себя влюблен.
Не тратьте слов на тех, кто Вас не слышит,
На мелочь, не достойную обид,
На тех, кто с Вами рядом ровно дышит,
Чье сердце Вашей болью не болит.

01:20 

не спаать...

легла я в пол одиннадцатого... но не уснула. разнервничалась, заревела, поднялось давление, из носа пошла кровь... сейчас вроде все успокоилось.

00:26 

Красота....


00:42 

примерно 4 года я искала эту песенку зная только её название...

Джамахирия – Секс в автобусе

G
Он пришел на остановку в полседьмого, где-то так,

Если он не ошибался, это был Гознак
C7
Автобус пришел в восемь, с минутой или без,
G
Скрипя под грузом сотен маринованных телес.
D7
В салоне пахло перегаром и нестиранным бельем,
C7
Но он учуял ее запах - увидел ЕЕ!

Она ехала от Рынка, изнывая от жары,
Она там продала сто банок баклажановой икры,
И с отсутствующим видом пыталась сосчитать,
Сколько выручила денег и куда ей их девать,
Предвкушая пьяный вечер среди гопников-друзей,
Она заметила ЕГО, а он улыбнулся ей...

G F G
Секс в автобусе...

читать дальше

01:17 

Корпоративность....
Корпоративы... Слов матных не хватает.
Устав от работы мы пьем. И шутим говорим не задумываясь, действуем так как будто последствия нас не волнуют. очень многие наступают на одни и те же грабли каждый год... каждый новый год и каждый летний корпоратив... слоган - " работе не мешает" вошел в обиход... Кто замужем\женат, у кого дети - этические и я бы сказала нравственные вопросы зависают в воздухе. При этом замечаешь только тоо, что касается не тебя конкретно, с соседа справа и слева... То что ты начинаешь пить на брудершафт с кем-то тебя не волнует.

07:21 

Arbeit macht frei...

22:47 

(с) Веро4ка

Ясно, откуда взялся страх старости - появилось ощущение перспективы; категория будущего как таковая. В шестнадцать мы жили так, словно завтра никогда не наступит, как будто у нас есть только вот эта весна и больше никакой, как будто если вот сейчас не позвонить, жизнь лопнет по шву, как сумка, и все рассыплется; не было ничего хуже, чем услышать "подрастёшь - узнаешь", потому что мы все понимали точнее и лучше взрослых, и была какая-то очень четкая грань, после которой становятся взрослыми - бесповоротно, вот этими взрослыми, довольно убогими, обсуждающими болезни и мебель, политику и цены на колбасу; мы умели мечтать только до следующего гонорара; до ближайшей сессии; до первой большой любви - дальше начиналось либо какое-то нечеткое неоновое прекрасное далеко, либо ад и погибель, где мы сразу старые, испитые и несчастные, без перехода; все ужасало так сильно, потому что тебе перестало сходить с рук; мир впервые обращался к тебе напрямую, не спрашивая, дома ли мама и можно ли ее к телефону, и это неизменно наполняло чувством непосильной, чудовищной ответственности: даже просто зарвавшейся преподше возразить, даже мальчика за руку взять самой на третьем часу беседы и не умереть от страха, даже вынести несправедливое материнское обвинение - тебя трясло еще вечер, ты не мог поесть толком; теперь, когда разрешили гулять до утра, отпала необходимость протестовать, когда научили шутить, отпала необходимость доказывать и ругаться, никаких врагов, кроме тебя самого, у тебя не осталось, и ты выяснил вещь довольно неприятную: ты останешься в живых, даже если умрёт ближайший. Ты сдюжишь, даже если закончится самая большая твоя любовь; даже то, что на самом деле окажется самой большой твоей любовью. Этот конкретный день, даже месяц, даже год мало что решает в итоговом зачете, и неясно, куда ты так торопился; самое интересное - не мгновения, вспышки и озарения, а процессы, достаточно долгие, чтобы проследить динамику; мифология и внутренняя идиоматика многолетних отношений, творчество человека от юношеских стихов до последнего романа, ты сам с восьми до двадцати пяти; и вот ты вдруг оказался вписан в куда более длинный и важный цикл, чем думал, когда смаковал все обстоятельства собственной кинематографичной рокерской гибели в тридцать, таким молодым и красивым (про такую смерть стало неинтересно мечтать, потому что у друзей дети, Маркес свою лучшую книгу написал в сорок, а живет на роялти с нее до сих пор, дай бог ему здоровья, а Стингу 58, и с каждым годом он только круче).

Тогда ты стал внимательно смотреть на стариков и узнал, что тебя так пугает: им не спрятаться. По тебе не видно, сколько ты дней не спишь, чем ты болен и хороший ли ты человек: пока ты молод, ты анонимен, ты неуязвим, ты тратишь то, чему еще не скоро узнаешь цену. К пятидесяти у тебя на лице проступает выражение, которым характеризуются все твои отношения с миром: ты понимаешь, что тётка в метро едет, брезгливо собрав губы, не потому, что ей не нравится, как ты одета, а потому что она даже спит с таким лицом: это ее скринсейвер. Она была красивой когда-то, очевидно, и явно недолюбливала человечество: теперь это написано на ней так крупно, что напротив нее боязно садиться. К шестидесяти пяти тело человека - его складки, осанка, мышечный тонус, фактура кожи - расскажут тебе подробно, что и как много оно пило и ело, чем болело, таскало ли тяжести, занималось ли спортом, и каким, и как долго, было ли любимо, любимо ли сейчас и даже есть ли у него дети; характером морщин, носогубных складок, горьких уголков губ, выражением глаз лицо скажет тебе, много ли выпало на долю его обладателя, часто ли он смеялся и бывал счастлив и к какому промежуточному итогу пришёл. Старики абсолютно проницаемы, им гораздо труднее солгать: по ним все можно рассказать еще до того, как они скажут первое слово. Есть великие старики, и от них сияние; тело как будто истончается на них, и сквозь него шпарит горячий счастливый свет; есть старики темные и дурные, такие, как будто в их теле задохнулось всяческое биение, стремление, доброе намерение; есть старики усталые и пустые, как будто дух побыл в них, оставил и отправил дальше, как порожнюю тару; и это всегда - самый скорый и красноречивый ответ на вопрос, о чем они жили. Как ты ответишь - тогда - на то что спрашиваешь - сейчас? О чём будет этот старик - о том, что Бог есть, и он его атом, или о том, что всё было зря?

И как мы посмотрим на себя этих - вот этих, дышащих, тугих, неусидчивых, таких сильных, неспособных поверить, что можно устать за один поход в ближайший магазин, как мама, не смочь заснуть после того, как один раз разбудили, после каждого лестничного пролета пытаться отдышаться по пять минут - как на щенков, маявшихся преимущественно дурью, но, в целом, лучших, чем нынешние, как на хороших ребят или как на уродов, отнявших у нас всё?

Я вот не знаю, мне интересно.

Мне хочется узнать.

10:13 

С ним не надо ни дна, ни Парижа, ни Мулен Ружа; с ним – сиди и жди, когда будет тишь да гладь; он не мальчик, он биологическое оружие, с ним - не жить, а разве что медленно погибать. Ты-то думала – что мне сделается, я железная, но на каждый металл находится свой кузнец: все попытки твои – смешные и бесполезные, – убежать отсюда заканчиваются здесь.

Он и сам не знает, что носит в себе ненастье; он и сам не знает, что делать с тобой такой; он и сам не умеет пользоваться этой властью, хоть на время давать тебе отдых или покой. Ладно бы ушёл, завёл бы себе другую, уберёг, изолировал, выбил бы клином клин, - как он мягко стелет, как кладёт тебя, дорогую, обнажённой спиной на мерцающие угли.

Был бы донжуан, злой гений или убийца, - но он спокоен, его намерения чисты. Плачь ему в ключицы, не зная, как откупиться от его бессердечной, бессмысленной красоты. Ты всё смотришь и смотришь – то дерзко, то укоризненно, и во взгляде зреет медленная беда.

– Как ты, думаешь вообще о совместной жизни?
– Ну,
о совместной смерти – подумываю иногда.


21:22 

От Ли

Можно долго бежать.
Менять имена и лица.
Но в какой бы ты вдруг ни оказалась столице
и на чьем бы плече ни проснулась
в свой тысяча первый
впустую убитый четверг,
этот юноша/мальчик/мужчина под боком -
очередной побег
от того, кто имел в себе наглость
в твоей голове прижиться,
от того, чьим именем
ты называешь других,
тот, кого ты искала
и в этом ( как его?..)
мирно сопящем рядом.
ты бы с радостью выпила виски,
разбавленный самым смертельным ядом
вместо кофе,
который он сварит тебе потом...
А пока ты так тихо себя ненавидишь
не твой (но любимый тобою) фантом
точно так же
готовит кому-то завтрак,
гремя сковородкой на кухне
быть может похожей на эту.
И пока ты бежишь от него и себя по свету
и сжигаешь себя изнутри,
упрямо других любя...

Он опять просыпается с кем-то
в ком больше не ищет
тебя. (с)

23:33 

Связь с Москвой.

Сообщения кратки, звонки аккуратны, редки –
только громкая связь и сирены не утихают.
Всё в порядке, просто не езди по красной ветке,
слышишь меня, не езди по красной ветке.
Извини, что звоню тебе с пустяками.

Всё в порядке - как в день творения, как в начале.
Всё очевидно и просто, кристально ясно.
Всем довольна, Господи, – пусть они отвечают,
пусть они что угодно, но отвечают,
потому что счастливым есть за кого бояться.

Кто бы знал до сегодня, как много Тебя на свете,
сколько носит в себе любви заносчивый, гордый город.
Здесь не выдержат ничего никакие сети.
Может, впереди вовсе даже не полстолетья,
а два-три последних утренних перегона.

Может быть, я тогда лишнего с жару, с пылу
наговорила, - бурю устраивала в стакане.
Что-то ещё хотела, - ну вот, забыла,
что-то хотела сказать, а теперь забыла.

Извини, что звоню тебе с пустяками.

Кромка

главная